Адмирал Империи 6 [СИ] - Дмитрий Николаевич Коровников

ему на самом деле становиться не по себе от слов коммандера и того, что он наблюдает на тактической карте.

А беспокоиться было о чем. Семнадцать вымпелов «Звезды Смерти» уже преодолели важную отметку в миллион километров и все больше наращивали скорость. Построение дивизии в боевой порядок не предвещало для Джонса-старшего и его космоморяков ничего хорошего. С другой стороны вице-адмирал Мелвин Дорси не отставал от Уиллсона и остальных, намереваясь в скором времени присоединиться к пиршеству стервятников…

В том, что несчастную 21-ую «линейную» эти парни из 4-го «вспомогательного» разорвут и растащат на части, сомнений у адмирала Джонса не было никаких. Дивизия изначально уступала по общим боевым характеристикам той же «Звезде Смерти», а теперь после нескольких «пощечин» от русского линкора «Афина», соотношение сил совсем оказалось не в пользу Нейтена. Тяжелые крейсера 21-ой были повреждены, либо уничтожены неожиданным ракетным ударом «раски», эсминцы тоже. Но главным фактором непременного поражения кораблей Джонса-старшего оставалось то, что вероятный противник заходил на линию атаки с противоположных углов — что означало связывание 21-ой боем — одной дивизией, и атака в «тыл» — другой… Ничего этой тактике Нейтен противопоставить в данным момент не мог, как бы не старался… Поэтому приходилось договариваться…

— Послушай, Дейв, пожалуйста, не кричи, — поднял руки вверх Джонс-старший, делая примирительный жест. — Мы знаем друг друга не один год, ты уважаешь моего брата и все такое… Думаю, мы можем разговаривать не так агрессивно и найти компромисс, который в итоге устроит каждого…

— Можем и не агрессивно, но этого не будет, пока твой брат и мой командир находится в заложниках на «Тикондероге», — ответил коммандер, стукнув кулаком о приборную панель. — Мне плевать, сколько мы знакомы, Нейт! Верни мне командующего!

— Значит, ты летишь освобождать Илайю? — выдохнул Нейтен. — И первоначально не собирался уничтожать корабли 21-ой⁈

— Да к черту мне не сдались твои ржавые лоханки! — воскликнул Дейв. — Было бы кого там уничтожать⁈ Русские вон уже это сделали наполовину… Немедленно верни на «Юту» нашего командующего — Илайю Джонса и я так уж и быть сохраню тебе и твоим людям жизни… Не знаю, сделает ли то же самое мой босс, когда возвратится на флагман и будет в состоянии отдавать приказы. Но это уже другая история… В данный момент я обещаю, что если вице-адмирал Джонс-младший и все оставшиеся на борту «Тикондероги» штурмовики с «Юты» будут отпущены — сражения между нашими дивизиями не состоится. Если не отдашь — пеняй на себя, сдохнешь и не заметишь, как это случилось…

— Тьфу ты черт! — плюнул Нейтен. — А сразу нельзя было озвучить свои пожелания. Я подскажу, есть кнопка связи — нажимаешь на нее и говоришь, что тебе необходимо. Не обязательно срываться с координат и мчаться на разборки, когда ценой этого может стать гибель тысяч ни в чем неповинных американцев…

— Все вы проклятые «федераты» повинны уже априори, и никакие вы не американцы, — недовольно буркнул, успокоившийся Дейв Уиллсон, понимая, что кажется Нейтен прилично испугался и готов выполнить условия коммандера и отпустить Илайю Джонса. — Отвечай скорей, возвращаешь моего босса или нет, а то уже расстояние между дивизиями приближается к 200 000 километров?

— Забирай своего ненаглядного шефа, чтобы я его больше не видел, — обиженно сказал Нейтен, потирая раненное плечо. — Он мне не нужен, как и все вы — ублюдки из 4-го флота! Только останови «Звезды Смерти» и не приближайся… Я вышлю вам навстречу офицерский шаттл с медкапсулой на борту… Илайя серьезно ранен… Ты в курсе?

— Да, знаю, — кивнул коммандер, — и так же мне известно, кто нанес ему эту страшную рану… Как вообще такое возможно, чтобы брат отрубил руку брату⁈

— Прекрати, Дейв, — отмахнулся Нейтен, — Илайя прострелил мне плечо, убил моего командира штурмовиков и хотел захватить «Тикондерогу». После этого я должен его жалеть⁈ Не смеши меня и моих офицеров, сидящих рядом и слушающих наш разговор…

— Высылай шаттл с командующим Джонсом и остальными пленными из 6-ой дивизии, — повторил Дейв.

— А ты немедленно свяжись с этим святошей — адмиралом Дорси и прикажи его кораблям застопорить ход, — ответил на это Нейтен. — Я вас знаю, один пообещает не атаковать, а второй ударит в спину, мол ничего не знал…

— Мелвин Дорси настолько труслив, что навряд ли нападет самостоятельно и тем более первым, — хмыкнул Дейв, явно испытывающий чувство брезгливости по отношению к командиру 22-ой «линейной». — Но я переговорю с ним, обещаю…

— Вы все слышали, парни, — когда экран потух, Нейтен Джонс повернулся к своим офицерам, — передайте в медицинский блок, чтобы готовили переносную регенерирующую капсулу и команду фельдшеров для ее контроля на время перелета… Снаряжайте не один, а два челнока, в первом полетит вице-адмирал Илайя Джонс, в другой грузите оставшихся в живых штурмовиков с «Юты»…

Хоть с этим разобрался, — облегченно вздохнул Нейтен, откидываясь на спинку кресла. Адмирал с удовлетворением посмотрел на голографическую карту, продолжающую гореть и переливаться разными цветами в центе командного зала. На ней было видно, как обе дивизии 4-го флота Парсона замедляют ход и останавливаются на полпути…

— Похоже, у Дейва изначально не было намерения атаковать меня, просто брал на испуг. Но зная коммандера, могу точно сказать, что если бы я не пошел на договоренность и оставил бы Илайю у себя на авианосце, сражения было бы не избежать…

Слишком много в короткий промежуток времени на меня свалилось, — с горечью подумал Джонс-старший, чувствуя, как на него откуда-то сверху наваливаются одновременно: боль от ранения, усталость от пережитого и какое-то новое неизведанное чувство — непонятно чего и с чем связанное.

Наверное, это был страх перед неизведанным. А бояться было чего, ведь то, что задумал Нейтен Джонс пугало, но и в то же время невероятно сильно манило…

Адмирал, оставшись наедине с собой, окончательно осознал, что переступив черту и отдав приказ о расправе над Итаном Дрейком, он обрубил все пути к отступлению. Джонс поймал себя на еще одной мысли, которая все больше занимала его сознание. Ведь после смерти «Короткой ноги» управлять 6-ым «ударным» флотом будет некому. Вакансия командующего окажется никем не занятой, и здесь у Нейтена появляется реальная возможность занять эту высокую должность.

Безусловно речь пока шла о временно исполняющем обязанности командующего на определенный период, пока Сенат по рекомендации адмирала Коннора Дэвиса окончательно не утвердит того или иного кандидата в этой должности. Но уже сам тот факт, что один из дивизионных адмиралов принял на себя руководство флотом, будет иметь весомое значение для принятия окончательного решения в пользу Нейтена. Да и Коннор Дэвис явно будет не только не против, но и всеми руками за Джонса, ибо в ту же самую пресловутую Гражданскую войну Дистриктов Нейтен сражался бок о бок с сегодняшним главнокомандующим. Наконец, во главе 6-го «ударного» флота может оказаться истинный патриот Республики, а не предатель «федерат»…

Теперь, что касаемо старшинства, среди комдивов 6-го флота. А это на данный момент являлось ключевым фактором, ибо всегда в результате гибели командующего на его место становился старший по званию, должности, либо заслугам. Что касаемо этого — тут все для Нейтена складывалось как нельзя лучше. Дрейк, как было понятно, в скором времени отправится на тот свет с помощью Ронни. Затем, второй по старшинству, а именно, — адмирал Рональд Мур благополучно сгорел на капитанском мостике собственного флагмана «Мэриленд», поджаренный канонирами Илайи и Лизы Уоррен. Произошло это очень неожиданно, но как кстати…

Из возможных конкурентов на пост нового командующего у Нейтена остается только командир 7-ой дивизии «Ирокезы» — вице-адмирал Аарон Догэрти. Но все кто знал данного человек, отмечали его слабые флотоводческие данные и если бы выбор стоял между Джонсом-старшим и Догэрти, адмиралы без исключения выбрали бы первого. Никто из командиров дивизий не мог себе представать что 6-ым «ударным» флотом будет командовать недалекий во всех отношениях вице-адмирал Догэрти.

Что касаемо остальных кандидатов, то, по мнению Нейтена у них вообще не было шансов. Корделли и Ловато, хоть и имели приличный послужной список, не могли похвастаться в силу разных причин должным авторитетом в среде офицерства флота. Пайпер Райт была ниже по званию и слишком еще молода, горяча и неопытна для таких высоких должностей. Теодора Торреса вообще никто и никогда не представил бы на месте главкома, как дивизионный командир он был самым слабым из всех.

Где-то за десяток звездных систем отсюда у пограничного перехода «Тарс — Таврида» прохлаждался еще один комдив, который мог поспорить с Нейтеном за звание